panlog πάντα διὰ πάντων
तत् त्वम् असि
جهان است ل
СакралSacral ФинансыFinances ЛитератураLiterature ИскусстваArt НовостиNews Eng / RusEng / Rus
СправкиInfo ОтраслиIndustries СоциомирыSocial world НаукиScience ДобавитьAdd МыWe


- Информация / История цивилизаций, ключевых культур и этносов-народов / ЭПОХА ВЕЛИКОГО ПЕРЕСЕЛЕНИЯ И СОВРЕМЕННОГО ЭТНОГЕНЕЗА / Пилипчук Ярослав Valla 2017 № 3(3) стр. 98-103 Рецензия: Великое переселение народов: Этнополитические и социальные аспекты / В.П. Буданова, А.А. Горский, И.Е. Ермолова; отв. ред. А. А. Горский. – СПб.: Алетейя, 2011. – 336 с. /

Пилипчук Ярослав Valla 2017 № 3(3) стр. 98-103 Рецензия: Великое переселение народов: Этнополитические и социальные аспекты / В.П. Буданова, А.А. Горский, И.Е. Ермолова; отв. ред. А. А. Горский. – СПб.: Алетейя, 2011. – 336 с. Пилипчук Ярослав Valla 2017 № 3(3) стр. 98-103 Рецензия: Великое переселение народов: Этнополитические и социальные аспекты / В.П. Буданова, А.А. Горский, И.Е. Ермолова; отв. ред. А. А. Горский. – СПб.: Алетейя, 2011. – 336 с.



Великое переселение народов: Этнополитические и социальные аспекты / В.П. Буданова, А.А. Горский, И.Е. Ермолова; отв. ред. А. А. Горский. – СПб.: Алетейя, 2011. – 336 с. 98

О разном понимании этнической и социальной истории раннесредневековой Европы

Великое переселение народов: Этнополитические и социальные аспекты / В.П. Буданова, А.А. Горский, И.Е. Ермолова; отв. ред. А.А. Горский. – СПб.: Алетейя, 2011. – 336 с.

Среди событий поздней античности и раннего Средневековья, безусловно, важное место занимает Великое переселение народов. Это процесс, который в широком смысле можно датировать ІІ-Х вв. н.э. и который привел к формированию современной этнической карты Европы. Эпоха крестовых походов и славянская колонизация Восточной Европы многое изменили в периферийных регионах. В 2011 г. была опубликована коллективная монография «Великое переселение народов: Этнополитические и социальные аспекты». Выход этой книги стал большим событием для тех, кто занимается данной эпохой. Очерк о германцах писала В.П. Буданова, очерк о славянах принадлежит перу А.А. Горского, а очерк о кочевниках – И.Е. Ермоловой.

В книге остались за скобками вопросы миграций кельтов из Ирландии в Шотландию, переселение венгров, арабская экспансия, переселения славян на земли балтов и финно-угров.

Начнем обзор с очерков В.П. Будановой, которые производят наиболее благоприятное впечатление. Общественный строй как таковой мало затрагивается исследовательницей, и в этом отношении Буданова отошла от старых советских формационных схем общественного развития германских народов. Указано, что сам термин «германцы» кельтского происхождения, а от них его заимствовали римляне, прародиной же германцев была Северная Европа.

Отмечено, что до массового расселения в Центральной и Восточной Европе для германцев было характерно преобладание скотоводства, а земледелие было вспомогательным видом хозяйственной деятельности.

Отмечается, что для германцев была характерна хуторская психология, что мешало существованию у германцев больших поселений, как у континентальных кельтов; что германцы продолжали жить родовым строем, но у них были представления о знатности рода и существовали категории патриархальных рабов; отмечены также большая роль коллективных органов власти и ограниченность власти конунга (с. 8-19).

Детально реконструировано этническое деление германцев. В восточногерманскую группу выделялись готы, гепиды, вандалы, герулы, руги. Западногерманские племена делились на три группы. Рейнсковезерскими германцами были батавы, маттиаки, хатты, тенктеры, бруктеры, хамавы, хасуарии, хаттуарии, убии, усипеты, херуски. К племенам североморского побережья относились кимвры, тевтоны, фризы, хавки, ампсиварии, саксы, англы и варны. К культовому союзу гермионов относились свевы, лангобарды, маркоманы, квады, семноны, гермундуры.

В работе Будановой скрупулезно перечислены все племена, в том числе малоизвестные. Указано, что тевтоны были не племенем, а группой племен, включавших кимвров, амбронов и других. Они и осуществили первую миграцию германских племен на юго-запад в ІІ в. до н.э. Их отношения с Римом описаны кратко, поскольку они хорошо освещены в историографии. Противоречиво складывались отношения Рима с культовой общностью ингевонов (хавками, фризами, амсивариями, англами, саксами).

Историю взаимоотношений с Римом Буданова прослеживает для каждого племени, что не может не радовать. Отмечено, что из всех германцев в крупный племенной союз смогли объединиться только саксы (с. 19-23).

Второй миграционный поток из германского мира пришелся на 60-е гг. и был связан с племенным объединением свевов. Свевы в узком понимании еще не существовали, и свевами в тот период было принято называть целый ряд племен, который оказался под властью Ариовиста. Туда входили вангионы, гаруды, трибоки, неметы, седусии, лугии,

Valla. №3(3), 2017. 99

сабины. После разгрома Цезарем свевы ушли в Моравию, где в дальнейшем были известны как квады. Маркоманы первоначально жили на Средней Эльбе, а потом перешли на Майн. В III в. свевы вошли в союз аламанов, где также находились и гермундуры. Гермундуры примкнули к группе Маробода и противостояли квадам Ванния. Миграционный импульс, данный свевами, был первым опытом консолидации германских племен.

Объединение в племенные союзы было связано со слабостью отдельных племен перед лицом Рима. Потом эстафету переняли херуски, которые обитали между Везером и Эльбой. Возглавляемые Арминием, они не только отстояли независимость и нанесли поражение римлянам в Тевтобургском лесу, но и успешно противостояли Марободу. В состав союза херусков входили бруктеры, марсы, хатты. Они сражались в Батавской войне и выдержали ряд конфликтов с Римской империей.

Поражение римлян в Тевтобургском лесу было завершением увертюры к собственно Великому переселению народов. После смерти Арминия племенной союз херусков распался, но германцы уже приобрели такую форму объединения, как военный союз, а империя была вынуждена сменить свое отношение к германцам и отказаться от попыток их покорить. На смену неустойчивым политиям из разных племен начали приходить племенные союзы.

Римляне сконцентрировали свои силы на обороне границы по Рейну и создали лимес. Рим втягивал германцев в сферу своего влияния через торговлю, что способствовало укреплению властных структур у германцев. Некоторые германские племена, например, батавы и убии, были покорены, но римлянам пришлось приложить большие усилия для подавления восстания батавов Цивилиса. После этого вспомогательные части перестали размещаться в провинциях, где они были набраны.

Среди самих германцев все большее значение стало приобретать земледелие, хотя скотоводство продолжало преобладать.

К ІІ в. н.э. многие германские племена уже были готовы покинуть свои родные места и накопили некоторую сумму знаний о Риме (с. 23-35).

Период миграций для многих германцев открыли Маркоманские войны, которые охватили пространство от Рейна до Черного моря. В водоворот Великого переселения втянулись не только германцы, но и другие племена (свободные даки, сарматы). Основные военные действия происходили в районе Реции, Норика, Паннонии на дунайской границе империи, которые были коридором для прорыва в Италию. В ходе Маркоманских войн империя впервые стала селить варваров на своих разоренных или опустевших территориях. Римляне стали проявлять дифференцированное отношение к германцам. Одним предоставляли римское гражданство, вторых освобождали от натуральных повинностей, третьим предоставляли субсидии и продовольствие в обмен на воинские контингенты. Такое отношение было призвано затруднить процесс консолидации германцев. Но к ІІІ в. н. э. германцы стали самой активной частью варварского мира (с. 36-46).

В ІІІ в. н.э. на арену выступают новые германские этносы (аламаны, франки, ютунги, бургунды, готы, герулы). С начала 90-х гг. ІІІ в. империя отказалась от идеи возвращения контроля над Декуматскими полями и смирилась с новыми границами. Аврелиану с трудом удавалось сдерживать рейнских и дунайских германцев. Уход римлян из Дакии привел к расселению на ее территории племен карпов, тайфалов, виктуалов, готов.

Падение Дакии было значительной победой варваров. Дакия станет плацдармом для германских вторжений в империю.

На Верхнем Дунае появились бургунды и вандалы. Франки и саксы совершали набеги на побережье Галлии и Британии. Они же беспокоили междуречье Рейна и Шельды. Укрепляются фризы, которые поглощают батавов, каннинефатов, хавков. На протяжении ІІІ в. в варварском мире идет процесс перегруппировки сил. В конце столетия лидерами варварского мира стали готы (с. 47-67).

Переломным этапом становится период с середины IV в. н.э. Баланс сил смещается в сторону преимущества варваров над римлянами. С этого времени племена готов, франков, аламанов, бургундов снова переходят в наступление. Хотя римляне и воевали с готами в 60-х гг. IV в., но в 376 г. часть готов расселяется во Фракии. Другая часть готов пытается в то время отстоять свою независимость от гуннов, однако безуспешно. В 378 г. готы восстают

Великое переселение народов: Этнополитические и социальные аспекты / В.П. Буданова, А.А. Горский, И.Е. Ермолова; отв. ред. А. А. Горский. – СПб.: Алетейя, 2011. – 336 с. 100

против притеснений римской администрации. Германцы требовали для себя не только земли, но и сохранения внутренней организации. Германских переселенцев использовали для укрепления безопасности империи. У германцев появилась наследственная власть конунгов, возросла профессионализация дружин (с. 67-78).

С 378 г. германцы вступают в эпоху политической зрелости, с 378 по 476 гг. расселяются по территории империи. Вестготы, бургунды, вандалы, франки, свевы создают свои варварские королевства. Сначала они заключают договоры федератов и втягиваются в Римский мир. Когда же Рим слабеет, они расширяют свои владения за счет римских территорий (с. 79-101).

Новым фактором в римской политике стали кочевые племена гуннов, которые подчинили своей власти готов-тервингов, скиров, гепидов, герулов. Когда Аттила в 453 г. умер, то империя, созданная им, распалась. Из обломков государства Аттилы образовались консолидированные королевства герулов, паннонских готов, гепидов. Франки, визиготы, бургунды использовали сложившуюся ситуацию для расширения своих владений.

Во вспомогательных войсках Западной Римской империи усиливались позиции и авторитет германских военачальников. Одним из них был Рикимер, полусвев-полугот. Фактическая власть в Западной Римской империи в 456-472 гг. принадлежала Рикимеру, который сменял императоров самовольно. Еще при Рикимере в Италию из Норика прибыла группа скиров, и Буданова считает, что Одоакр происходил из их числа.

После падения Рима Хлодвиг уничтожил государство Сиагрия в 486 г., и его земли оказались под властью франков. В 508 г. византийский император санкционировал становление франкского государства, отправив конунгу инсигнии и предоставив ему статус почетного консула. Хлодвиг в то время был единственным германским правителем, который исповедовал не арианство, а ортодоксальное католичество.

Франки добились своего признания взвешенной активной наступательной политикой. Их зависимость от империи носила ситуативный характер. Франки хотя и были федератами, но самостоятельными и не ограниченными в своих действиях. Они «переболели» хождением в римскую власть задолго до падения империи на Западе (с. 102-113).

Районом, поглотившим последние волны германских переселенцев, стала Италия. Теодорих Амал, видя бесперспективность борьбы с Восточной империей, двинул войска на северо-запад и на протяжении нескольких лет завоевал Италию. Права остроготов на Италию не были закреплены каким-то актом со стороны Византии, хотя Теодорих Амал получил от императора чин магистра армии и титул патрикия. Мирный период истории Остроготского государства до 534 г. сменился периодом войны с Византией, который закончился в 555 г. полным поражением остроготов. Последняя волна миграции достигла Италии в 568 г., когда в Италию переселились лангобарды из Паннонии (с. 113-120).

Буданова отмечает, что германцы ценили свои обычаи и самобытность. Они были преданы племенной традиции и старались подчеркнуть знатность своего происхождения. Германцы смотрели на себя как на потомков исчезнувших поколений героев. Интенсивные этнокультурные контакты между германскими племенами приводили к образованию надплеменной организации. Состав многих больших племен говорил об их полиэтничности. Союз племен мог быть назван именем племени, которое составляло его ядро.

Возникновение новых этносоциальных общностей у германцев привело к их переселению на земли империи. Структура тех регионов, куда переселялись германцы, была неоднородной, часто неоднородным был и состав самих германцев. Расселение пришлых племен сопровождалось активными процессами этногенеза. Где-то через некоторое время побеждал латино-иберский компонент, а где-то германо-кельтский. В Галлии, например, были престижны германские антропонимы (с. 120-128).

Исследовательница высказывает сожаление, что сведения по истории славян не так богаты, как по германцам.

В целом очерк Будановой заслуживает очень высокой оценки, и его можно поставить в один ряд с исследованиями лучших

Valla. №3(3), 2017. 101

зарубежных исследователей европейского barbaricum, такими, как Л. Мюссе и Э. Томпсон, а по некоторым показателям работа Будановой превосходит их [Мюссе 2006; Томпсон 2003].

Хорошее впечатление производит и глава А.А. Горского о славянских племенах. Отмечается спорность исходного ареала расселения славян, как и то, что общественный строй славян реконструируется лишь гипотетически. Очерчены три направления расселения славян – Балканы, Восточная Европа, земли между Дунаем и Балтикой. Причиной исчезновения названия анты названа активизация миграций.

Славянские этнонимы исследователь делит на четыре группы: 1) этнонимы, происходящие от этниконов; 2) этнонимы-патронимы; 3) этнонимы географического происхождения; 4) этнонимы, связанные с понятиями, смысл которых загадочен. Классификация славянских племенных названий делит их на несколько групп: 1) названия по месту обитания; 2) названия по месту прежнего обитания; 3) названия – качественные характеристики; 4) названия по преходящим обстоятельствам; 5) патронимические; 6) названия иноязычного происхождения. Племенные названия рассматриваются по четырем регионам: Восточная Европа, Польша и Среднее Подунавье, Полабье, Южнославянский регион.

Исследователем рассмотрены все известные по источникам этнонимы. Для первого и второго регионов характерно доминирование названий по области обитания, для третьего – то же самое плюс несколько качественных характеристик, для четвертого – названия по месту обитания и отчасти по месту прежнего обитания. Приведены три сводные таблицы названий племенных союзов и племен, где делается вывод, что среди славян доминировало обозначение племен по месту обитания.

Полабье и Балканы – это территории, колонизированные славянами в VI-VII вв., Чехия была колонизирована в VI в. Только топонимические названия были новыми, а иные имели устойчивую еще праславянскую форму.

Старые племена в эпоху Расселения распадались, и уже их осколки осуществляли расселение. Союзы племен бывали непрочными. Племена возглавлялись князьями, существовала знать. Для раннего этапа истории славян был характерен термин жупан, заимствованный у авар и обозначавший знатных предводителей. В пользу знати платили оброк и дань. Большую роль играли старцы (старейшины).

Образование государств проходило несколькими путями. Первый путь состоял в подчинении одной славинии других славиний. Так происходило сложение Великой Моравии, Польши и Руси. Второй путь – формирование государства в рамках союза славиний. Это было характерно для Каринтии, Сербии, Хорватии. Третий путь – союз славянской и иноэтничной общностей (Болгария). Четвертый вариант – подчинение одной славинии других славиний на территории государств, прошедших первый путь (Чехия).

Для процесса формирования большинства славянских государств в IX в. характерно существование двух центров.

Государства не сложились у лютичей, полабских сербов, славян Македонии и Греции.

Невозможно называть государством и объединение Само.

Славянское расселение привело к радикальным изменениям в славянском обществе. Складывалась корпорация служилой знати во главе с князем, эволюционировала податная система. Подводя итоги, скажем, что А.А. Горский провел хорошую аналитическую работу и концентрированно в ограниченном объеме очерка дал содержательный обзор. Эти сжатые очерки являются большой удачей (с. 129-180).

Совсем иное впечатление оставляет глава И.Е. Ермоловой (c. 181-253). Для этой главы характерен ряд устаревших положений. Большое внимание уделяется общественному строю гуннов, но их общество рассмотрено в контексте формационной схемы, и, хотя даются ссылки на работу Н. Крадина, не видно особого влияния его взглядов на это исследование. Из наработок Крадина заимствован только термин вождество без должного его понимания. Использование термина первобытнообщинные отношения выглядит атавизмом на фоне современного развития номадистики. И сравнивать нужно сопоставимое, то есть гуннов с народами евразийских степей.

Кочевникам свойственен трайбализм. Для них естественны и военные вожди, что не исключает возможности, что вождь мог принадлежать к какому-то харизматическому клану. То, что автор относит складывание наследственной власти у

Великое переселение народов: Этнополитические и социальные аспекты / В.П. Буданова, А.А. Горский, И.Е. Ермолова; отв. ред. А. А. Горский. – СПб.: Алетейя, 2011. – 336 с. 102

гуннов только к эпохе Руи и Аттилы, демонстрирует неправильное понимание структур власти у кочевников.

Исследовательницей игнорируется богатейшая литература об этнической принадлежности многих гуннских и булгарских племен, а свое нежелание разбираться в этом вопросе она объясняет тем, что-де они схоластические и археология не способна ответить на этот вопрос, а письменные источники в основном якобы византийские. Необходимо напомнить о существовании «Армянской географии» Анания Ширакаци и сирийской хроники Захария Ритора.

Ермолова только называет этнонимы, не проводя никакой аналитической работы. Между тем, даже несмотря на ограниченный объем, Ермолова могла бы хотя бы использовать книги Ю. Джафарова и О. Менхена-Хельфена 1 для ответов на вопросы этнической истории.

История булгар и авар рассмотрена бегло, и видно, что историк даже не собиралась прослеживать их этногенез. Исследовательницей как-то забывается, что в первую очередь на ее вопросы способны ответить письменные источники и лингвистика. Она не вникает в вопрос, какие племена гуннские, а какие булгарские, упуская из виду, что «гунны» – это всего лишь этникон, обозначавший в античных источниках не только собственно гуннов, но и массу других племен.

Взгляд на барсилов как на булгарское племя несколько устарел и игнорирует исследования С.Г. Кляшторного по хазарско-телесской проблеме. Исследовательница даже не постаралась проследить историю отдельных племен, которых античные источники записывали в «гунны». Встречаются и довольно странные утверждения, как, например, то, что Аварский каганат был моноэтничен, в отличие от разноплеменной империи Аттилы, а также то, что сильно страдали от авар будто бы только наиболее близкие к ним по расположению племена. Стоит напомнить данные Фредегара, согласно которым именно жестокое обращение авар со винидами (славянами) способствовало тому, что, когда во главе их объявился иноземец Само, они восстали против аварской власти. Также стоит напомнить сведения Феофана и Никифора о пребывании среди авар переселенцев из Великой Булгарии. По сведениям Менандра, вместе с аварами вошли кутригуры, а Феофилакт Симокатта сообщал о переселении племен забендер и тарниах.

Отличием авар от гуннов было то, что ядро государства составляли как раз кочевники, в отличие от большого удельного веса германцев в государстве Аттилы.

Были в Аварском каганате и оседлые народы, в частности, различные славянские племена и гепиды. Славяне преимущественно расселялись на внешних границах этого государства.

Естественно, в главе есть и безусловно верные положения, как, например то, что господство авар не распространялось на булгар в районе Северного Кавказа и Дон, Среднедунайскую низменность как область расселения авар; то, что оногуры не фиксировались в Крыму, а также то, что среди акациров Куридах был лишь первым среди равных.

Над исследовательницей довлеют постулаты советской номадистики, при этом ощущается, что она в первую очередь работает с археологическими данными, сведениями же письменных источников и зарубежной историографии она владеет недостаточно.

Взгляд на угорский компонент как значимый в этногенезе булгар восходит еще к М.И. Артамонову. Не заметно знакомства исследовательницы с работами болгарских коллег, которые говорят о значительном иранском компоненте у протоболгар. Плюс от внимания к археологическим работам состоит в том, что позволяет пересмотреть сложившееся стереотипное представление о полном запустении античных городов Причерноморья в гуннскую эпоху, а также в выводе, что зоной переселения гуннов в Восточную Европу является Приуралье. Существующие данные письменных источников также позволяют утверждать, что гунны в основной массе жили в Северном Причерноморье в начале V в.

Приходится констатировать, что многие положения исследовательницы восходят к советской историографии, даже не 80- х гг., а 60-х – 70-х гг. ХХ в. Проигнорирована книга С.Г. Лукиной о аварах и другие важные

1 В старом переводе В.С. Мирзаянова имя автора неточно передано как Маенхен-Гельфен, так что в дальнейшем будут встречаться разночтения. – Ред.

Valla. №3(3), 2017. 103

работы [Лукина 2008; Маенхен-Гельфен 2010 (1969); Джафаров 1993; Кляшторный, Султанов 2004: 145-153; Рашев 2006].

В целом книга «Великое переселение народов: Этнополитические и социальные аспекты» оставляет хорошее впечатление благодаря качественно подготовленным очеркам В.П. Будановой и А.А. Горского. Буданова рассматривает особенности взаимоотношений отдельных племен с Римом и между собой, ход этнических и социальных процессов у германцев и влияние римлян на германцев. История германцев разделена на ряд важных этапов, каждый из которых имел свои особенности. Горским проведена хорошая аналитическая работа в том, что касается процессов политогенеза у славян и их этнонимии. Исследователь отошел от устаревших схем и вообще мыслит довольно оригинально.

Несколько смазывает это хорошее впечатление глава И.Е. Ермоловой о кочевниках. Если этнические аспекты рассмотрены первыми двумя исследователями обстоятельно, то в о последних очерках Ермоловой этого сказать нельзя. Неучтенными остаются и многие наработки коллег по цеху. Очерки данного автора о кочевниках выглядят атавизмом советского времени на фоне современного развития тюркологической науки.

Пилипчук Я.В. Отдел Евразийской степи, Институт востоковедения им. А.Е. Крымского, г. Киев, Украина pylypchuk.yaroslav@gmail.com

Литература

Джафаров 1993 – Джафаров Ю. Гунны и Азербайджан. – Баку: Азернешр, 1993. [HTML: http://www.ebooks.az/book_kGcYoglm.html?lang=ru] – Доступ на 30.04.2017.
Кляшторный, Султанов 2004 – Кляшторный С.Г., Султанов Т.И. Государства и народы евразийских степей. Древность и средневековье. – СПб.: Петербургское востоковедение, 2004.
Маенхен-Гельфен 2010 (1969) – Маенхен-Гельфен Отто Дж. Мир гуннов. Исследования истории и культуры / Пер. с англ. В.С. Мирзаянова. – Казань: Слово, 2010. (англ. изд. 1969) 2
Мюссе 2006 – Мюссе Л. Варварские нашествия на Европу: германский натиск. – СПб.: Евразия, 2006.
Лукина 2009 – Лукина С.Г. Авары. Путь в Европу. – Ижевск: Удмуртский ун-т, 2009.
Рашев 2006 – Рашев Р. Великая Болгария // История татар. – Т. 2: Волжская Булгария и Великая Степь. – Казань: РухИЛ, Ин-т истории им. Ш. Марджани Академии наук Республики Татарстан, 2006. С. 36-47.
Томпсон 2003 – Томпсон Э. Римляне и варвары. Падение Западной Римской империи. СПб.: Ювента, 2003. [HTML: http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/History/tomps/index.php] – Доступ на 30.04.2017. 

2 Более современный перевод см.: Менхен-Хельфен Отто Дж. История и культура гуннов / Пер. с англ. Л. Игоревского. – М.: Центрполиграф, 2014. – Ред.
Великое переселение народов: Этнополитические и социальные аспекты / В.П. Буданова, А.А. Горский, И.Е. Ермолова; отв. ред. А. А. Горский. – СПб.: Алетейя, 2011. – 336 с. 98 

О разном понимании этнической и социальной истории раннесредневековой Европы 

Великое переселение народов: Этнополитические и социальные аспекты / В.П. Буданова, А.А. Горский, И.Е. Ермолова; отв. ред. А.А. Горский. – СПб.: Алетейя, 2011. – 336 с. 

Среди событий поздней античности и раннего Средневековья, безусловно, важное место занимает Великое переселение народов. Это процесс, который в широком смысле можно датировать ІІ-Х вв. н.э. и который привел к формированию современной этнической карты Европы. Эпоха крестовых походов и славянская колонизация Восточной Европы многое изменили в периферийных регионах. В 2011 г. была опубликована коллективная монография «Великое переселение народов: Этнополитические и социальные аспекты». Выход этой книги стал большим событием для тех, кто занимается данной эпохой. Очерк о германцах писала В.П. Буданова, очерк о славянах принадлежит перу А.А. Горского, а очерк о кочевниках – И.Е. Ермоловой.

В книге остались за скобками вопросы миграций кельтов из Ирландии в Шотландию, переселение венгров, арабская экспансия, переселения славян на земли балтов и финно-угров. 

Начнем обзор с очерков В.П. Будановой, которые производят наиболее благоприятное впечатление. Общественный строй как таковой мало затрагивается исследовательницей, и в этом отношении Буданова отошла от старых советских формационных схем общественного развития германских народов. Указано, что сам термин «германцы» кельтского происхождения, а от них его заимствовали римляне, прародиной же германцев была Северная Европа. 

Отмечено, что до массового расселения в Центральной и Восточной Европе для германцев было характерно преобладание скотоводства, а земледелие было вспомогательным видом хозяйственной деятельности. 

Отмечается, что для германцев была характерна хуторская психология, что мешало существованию у германцев больших поселений, как у континентальных кельтов; что германцы продолжали жить родовым строем, но у них были представления о знатности рода и существовали категории патриархальных рабов; отмечены также большая роль коллективных органов власти и ограниченность власти конунга (с. 8-19). 

Детально реконструировано этническое деление германцев. В восточногерманскую группу выделялись готы, гепиды, вандалы, герулы, руги. Западногерманские племена делились на три группы. Рейнсковезерскими германцами были батавы, маттиаки, хатты, тенктеры, бруктеры, хамавы, хасуарии, хаттуарии, убии, усипеты, херуски. К племенам североморского побережья относились кимвры, тевтоны, фризы, хавки, ампсиварии, саксы, англы и варны. К культовому союзу гермионов относились свевы, лангобарды, маркоманы, квады, семноны, гермундуры. 

В работе Будановой скрупулезно перечислены все племена, в том числе малоизвестные. Указано, что тевтоны были не племенем, а группой племен, включавших кимвров, амбронов и других. Они и осуществили первую миграцию германских племен на юго-запад в ІІ в. до н.э. Их отношения с Римом описаны кратко, поскольку они хорошо освещены в историографии. Противоречиво складывались отношения Рима с культовой общностью ингевонов (хавками, фризами, амсивариями, англами, саксами). 

Историю взаимоотношений с Римом Буданова прослеживает для каждого племени, что не может не радовать. Отмечено, что из всех германцев в крупный племенной союз смогли объединиться только саксы (с. 19-23). 

Второй миграционный поток из германского мира пришелся на 60-е гг. и был связан с племенным объединением свевов. Свевы в узком понимании еще не существовали, и свевами в тот период было принято называть целый ряд племен, который оказался под властью Ариовиста. Туда входили вангионы, гаруды, трибоки, неметы, седусии, лугии, 

Valla. №3(3), 2017. 99 

сабины. После разгрома Цезарем свевы ушли в Моравию, где в дальнейшем были известны как квады. Маркоманы первоначально жили на Средней Эльбе, а потом перешли на Майн. В III в. свевы вошли в союз аламанов, где также находились и гермундуры. Гермундуры примкнули к группе Маробода и противостояли квадам Ванния. Миграционный импульс, данный свевами, был первым опытом консолидации германских племен. 

Объединение в племенные союзы было связано со слабостью отдельных племен перед лицом Рима. Потом эстафету переняли херуски, которые обитали между Везером и Эльбой. Возглавляемые Арминием, они не только отстояли независимость и нанесли поражение римлянам в Тевтобургском лесу, но и успешно противостояли Марободу. В состав союза херусков входили бруктеры, марсы, хатты. Они сражались в Батавской войне и выдержали ряд конфликтов с Римской империей. 

Поражение римлян в Тевтобургском лесу было завершением увертюры к собственно Великому переселению народов. После смерти Арминия племенной союз херусков распался, но германцы уже приобрели такую форму объединения, как военный союз, а империя была вынуждена сменить свое отношение к германцам и отказаться от попыток их покорить. На смену неустойчивым политиям из разных племен начали приходить племенные союзы. 

Римляне сконцентрировали свои силы на обороне границы по Рейну и создали лимес. Рим втягивал германцев в сферу своего влияния через торговлю, что способствовало укреплению властных структур у германцев. Некоторые германские племена, например, батавы и убии, были покорены, но римлянам пришлось приложить большие усилия для подавления восстания батавов Цивилиса. После этого вспомогательные части перестали размещаться в провинциях, где они были набраны. 

Среди самих германцев все большее значение стало приобретать земледелие, хотя скотоводство продолжало преобладать. 

К ІІ в. н.э. многие германские племена уже были готовы покинуть свои родные места и накопили некоторую сумму знаний о Риме (с. 23-35). 

Период миграций для многих германцев открыли Маркоманские войны, которые охватили пространство от Рейна до Черного моря. В водоворот Великого переселения втянулись не только германцы, но и другие племена (свободные даки, сарматы). Основные военные действия происходили в районе Реции, Норика, Паннонии на дунайской границе империи, которые были коридором для прорыва в Италию. В ходе Маркоманских войн империя впервые стала селить варваров на своих разоренных или опустевших территориях. Римляне стали проявлять дифференцированное отношение к германцам. Одним предоставляли римское гражданство, вторых освобождали от натуральных повинностей, третьим предоставляли субсидии и продовольствие в обмен на воинские контингенты. Такое отношение было призвано затруднить процесс консолидации германцев. Но к ІІІ в. н. э. германцы стали самой активной частью варварского мира (с. 36-46). 

В ІІІ в. н.э. на арену выступают новые германские этносы (аламаны, франки, ютунги, бургунды, готы, герулы). С начала 90-х гг. ІІІ в. империя отказалась от идеи возвращения контроля над Декуматскими полями и смирилась с новыми границами. Аврелиану с трудом удавалось сдерживать рейнских и дунайских германцев. Уход римлян из Дакии привел к расселению на ее территории племен карпов, тайфалов, виктуалов, готов. 

Падение Дакии было значительной победой варваров. Дакия станет плацдармом для германских вторжений в империю. 

На Верхнем Дунае появились бургунды и вандалы. Франки и саксы совершали набеги на побережье Галлии и Британии. Они же беспокоили междуречье Рейна и Шельды. Укрепляются фризы, которые поглощают батавов, каннинефатов, хавков. На протяжении ІІІ в. в варварском мире идет процесс перегруппировки сил. В конце столетия лидерами варварского мира стали готы (с. 47-67). 

Переломным этапом становится период с середины IV в. н.э. Баланс сил смещается в сторону преимущества варваров над римлянами. С этого времени племена готов, франков, аламанов, бургундов снова переходят в наступление. Хотя римляне и воевали с готами в 60-х гг. IV в., но в 376 г. часть готов расселяется во Фракии. Другая часть готов пытается в то время отстоять свою независимость от гуннов, однако безуспешно. В 378 г. готы восстают 

Великое переселение народов: Этнополитические и социальные аспекты / В.П. Буданова, А.А. Горский, И.Е. Ермолова; отв. ред. А. А. Горский. – СПб.: Алетейя, 2011. – 336 с. 100 

против притеснений римской администрации. Германцы требовали для себя не только земли, но и сохранения внутренней организации. Германских переселенцев использовали для укрепления безопасности империи. У германцев появилась наследственная власть конунгов, возросла профессионализация дружин (с. 67-78). 

С 378 г. германцы вступают в эпоху политической зрелости, с 378 по 476 гг. расселяются по территории империи. Вестготы, бургунды, вандалы, франки, свевы создают свои варварские королевства. Сначала они заключают договоры федератов и втягиваются в Римский мир. Когда же Рим слабеет, они расширяют свои владения за счет римских территорий (с. 79-101). 

Новым фактором в римской политике стали кочевые племена гуннов, которые подчинили своей власти готов-тервингов, скиров, гепидов, герулов. Когда Аттила в 453 г. умер, то империя, созданная им, распалась. Из обломков государства Аттилы образовались консолидированные королевства герулов, паннонских готов, гепидов. Франки, визиготы, бургунды использовали сложившуюся ситуацию для расширения своих владений. 

Во вспомогательных войсках Западной Римской империи усиливались позиции и авторитет германских военачальников. Одним из них был Рикимер, полусвев-полугот. Фактическая власть в Западной Римской империи в 456-472 гг. принадлежала Рикимеру, который сменял императоров самовольно. Еще при Рикимере в Италию из Норика прибыла группа скиров, и Буданова считает, что Одоакр происходил из их числа. 

После падения Рима Хлодвиг уничтожил государство Сиагрия в 486 г., и его земли оказались под властью франков. В 508 г. византийский император санкционировал становление франкского государства, отправив конунгу инсигнии и предоставив ему статус почетного консула. Хлодвиг в то время был единственным германским правителем, который исповедовал не арианство, а ортодоксальное католичество. 

Франки добились своего признания взвешенной активной наступательной политикой. Их зависимость от империи носила ситуативный характер. Франки хотя и были федератами, но самостоятельными и не ограниченными в своих действиях. Они «переболели» хождением в римскую власть задолго до падения империи на Западе (с. 102-113). 

Районом, поглотившим последние волны германских переселенцев, стала Италия. Теодорих Амал, видя бесперспективность борьбы с Восточной империей, двинул войска на северо-запад и на протяжении нескольких лет завоевал Италию. Права остроготов на Италию не были закреплены каким-то актом со стороны Византии, хотя Теодорих Амал получил от императора чин магистра армии и титул патрикия. Мирный период истории Остроготского государства до 534 г. сменился периодом войны с Византией, который закончился в 555 г. полным поражением остроготов. Последняя волна миграции достигла Италии в 568 г., когда в Италию переселились лангобарды из Паннонии (с. 113-120). 

Буданова отмечает, что германцы ценили свои обычаи и самобытность. Они были преданы племенной традиции и старались подчеркнуть знатность своего происхождения. Германцы смотрели на себя как на потомков исчезнувших поколений героев. Интенсивные этнокультурные контакты между германскими племенами приводили к образованию надплеменной организации. Состав многих больших племен говорил об их полиэтничности. Союз племен мог быть назван именем племени, которое составляло его ядро. 

Возникновение новых этносоциальных общностей у германцев привело к их переселению на земли империи. Структура тех регионов, куда переселялись германцы, была неоднородной, часто неоднородным был и состав самих германцев. Расселение пришлых племен сопровождалось активными процессами этногенеза. Где-то через некоторое время побеждал латино-иберский компонент, а где-то германо-кельтский. В Галлии, например, были престижны германские антропонимы (с. 120-128). 

Исследовательница высказывает сожаление, что сведения по истории славян не так богаты, как по германцам. 

В целом очерк Будановой заслуживает очень высокой оценки, и его можно поставить в один ряд с исследованиями лучших 

Valla. №3(3), 2017. 101 

зарубежных исследователей европейского barbaricum, такими, как Л. Мюссе и Э. Томпсон, а по некоторым показателям работа Будановой превосходит их [Мюссе 2006; Томпсон 2003]. 

Хорошее впечатление производит и глава А.А. Горского о славянских племенах. Отмечается спорность исходного ареала расселения славян, как и то, что общественный строй славян реконструируется лишь гипотетически. Очерчены три направления расселения славян – Балканы, Восточная Европа, земли между Дунаем и Балтикой. Причиной исчезновения названия анты названа активизация миграций. 

Славянские этнонимы исследователь делит на четыре группы: 1) этнонимы, происходящие от этниконов; 2) этнонимы-патронимы; 3) этнонимы географического происхождения; 4) этнонимы, связанные с понятиями, смысл которых загадочен. Классификация славянских племенных названий делит их на несколько групп: 1) названия по месту обитания; 2) названия по месту прежнего обитания; 3) названия – качественные характеристики; 4) названия по преходящим обстоятельствам; 5) патронимические; 6) названия иноязычного происхождения. Племенные названия рассматриваются по четырем регионам: Восточная Европа, Польша и Среднее Подунавье, Полабье, Южнославянский регион. 

Исследователем рассмотрены все известные по источникам этнонимы. Для первого и второго регионов характерно доминирование названий по области обитания, для третьего – то же самое плюс несколько качественных характеристик, для четвертого – названия по месту обитания и отчасти по месту прежнего обитания. Приведены три сводные таблицы названий племенных союзов и племен, где делается вывод, что среди славян доминировало обозначение племен по месту обитания. 

Полабье и Балканы – это территории, колонизированные славянами в VI-VII вв., Чехия была колонизирована в VI в. Только топонимические названия были новыми, а иные имели устойчивую еще праславянскую форму. 

Старые племена в эпоху Расселения распадались, и уже их осколки осуществляли расселение. Союзы племен бывали непрочными. Племена возглавлялись князьями, существовала знать. Для раннего этапа истории славян был характерен термин жупан, заимствованный у авар и обозначавший знатных предводителей. В пользу знати платили оброк и дань. Большую роль играли старцы (старейшины). 

Образование государств проходило несколькими путями. Первый путь состоял в подчинении одной славинии других славиний. Так происходило сложение Великой Моравии, Польши и Руси. Второй путь – формирование государства в рамках союза славиний. Это было характерно для Каринтии, Сербии, Хорватии. Третий путь – союз славянской и иноэтничной общностей (Болгария). Четвертый вариант – подчинение одной славинии других славиний на территории государств, прошедших первый путь (Чехия). 

Для процесса формирования большинства славянских государств в IX в. характерно существование двух центров. 

Государства не сложились у лютичей, полабских сербов, славян Македонии и Греции. 

Невозможно называть государством и объединение Само. 

Славянское расселение привело к радикальным изменениям в славянском обществе. Складывалась корпорация служилой знати во главе с князем, эволюционировала податная система. Подводя итоги, скажем, что А.А. Горский провел хорошую аналитическую работу и концентрированно в ограниченном объеме очерка дал содержательный обзор. Эти сжатые очерки являются большой удачей (с. 129-180). 

Совсем иное впечатление оставляет глава И.Е. Ермоловой (c. 181-253). Для этой главы характерен ряд устаревших положений. Большое внимание уделяется общественному строю гуннов, но их общество рассмотрено в контексте формационной схемы, и, хотя даются ссылки на работу Н. Крадина, не видно особого влияния его взглядов на это исследование. Из наработок Крадина заимствован только термин вождество без должного его понимания. Использование термина первобытнообщинные отношения выглядит атавизмом на фоне современного развития номадистики. И сравнивать нужно сопоставимое, то есть гуннов с народами евразийских степей. 

Кочевникам свойственен трайбализм. Для них естественны и военные вожди, что не исключает возможности, что вождь мог принадлежать к какому-то харизматическому клану. То, что автор относит складывание наследственной власти у 

Великое переселение народов: Этнополитические и социальные аспекты / В.П. Буданова, А.А. Горский, И.Е. Ермолова; отв. ред. А. А. Горский. – СПб.: Алетейя, 2011. – 336 с. 102 

гуннов только к эпохе Руи и Аттилы, демонстрирует неправильное понимание структур власти у кочевников. 

Исследовательницей игнорируется богатейшая литература об этнической принадлежности многих гуннских и булгарских племен, а свое нежелание разбираться в этом вопросе она объясняет тем, что-де они схоластические и археология не способна ответить на этот вопрос, а письменные источники в основном якобы византийские. Необходимо напомнить о существовании «Армянской географии» Анания Ширакаци и сирийской хроники Захария Ритора. 

Ермолова только называет этнонимы, не проводя никакой аналитической работы. Между тем, даже несмотря на ограниченный объем, Ермолова могла бы хотя бы использовать книги Ю. Джафарова и О. Менхена-Хельфена 1 для ответов на вопросы этнической истории. 

История булгар и авар рассмотрена бегло, и видно, что историк даже не собиралась прослеживать их этногенез. Исследовательницей как-то забывается, что в первую очередь на ее вопросы способны ответить письменные источники и лингвистика. Она не вникает в вопрос, какие племена гуннские, а какие булгарские, упуская из виду, что «гунны» – это всего лишь этникон, обозначавший в античных источниках не только собственно гуннов, но и массу других племен. 

Взгляд на барсилов как на булгарское племя несколько устарел и игнорирует исследования С.Г. Кляшторного по хазарско-телесской проблеме. Исследовательница даже не постаралась проследить историю отдельных племен, которых античные источники записывали в «гунны». Встречаются и довольно странные утверждения, как, например, то, что Аварский каганат был моноэтничен, в отличие от разноплеменной империи Аттилы, а также то, что сильно страдали от авар будто бы только наиболее близкие к ним по расположению племена. Стоит напомнить данные Фредегара, согласно которым именно жестокое обращение авар со винидами (славянами) способствовало тому, что, когда во главе их объявился иноземец Само, они восстали против аварской власти. Также стоит напомнить сведения Феофана и Никифора о пребывании среди авар переселенцев из Великой Булгарии. По сведениям Менандра, вместе с аварами вошли кутригуры, а Феофилакт Симокатта сообщал о переселении племен забендер и тарниах. 

Отличием авар от гуннов было то, что ядро государства составляли как раз кочевники, в отличие от большого удельного веса германцев в государстве Аттилы. 

Были в Аварском каганате и оседлые народы, в частности, различные славянские племена и гепиды. Славяне преимущественно расселялись на внешних границах этого государства. 

Естественно, в главе есть и безусловно верные положения, как, например то, что господство авар не распространялось на булгар в районе Северного Кавказа и Дон, Среднедунайскую низменность как область расселения авар; то, что оногуры не фиксировались в Крыму, а также то, что среди акациров Куридах был лишь первым среди равных. 

Над исследовательницей довлеют постулаты советской номадистики, при этом ощущается, что она в первую очередь работает с археологическими данными, сведениями же письменных источников и зарубежной историографии она владеет недостаточно. 

Взгляд на угорский компонент как значимый в этногенезе булгар восходит еще к М.И. Артамонову. Не заметно знакомства исследовательницы с работами болгарских коллег, которые говорят о значительном иранском компоненте у протоболгар. Плюс от внимания к археологическим работам состоит в том, что позволяет пересмотреть сложившееся стереотипное представление о полном запустении античных городов Причерноморья в гуннскую эпоху, а также в выводе, что зоной переселения гуннов в Восточную Европу является Приуралье. Существующие данные письменных источников также позволяют утверждать, что гунны в основной массе жили в Северном Причерноморье в начале V в. 

Приходится констатировать, что многие положения исследовательницы восходят к советской историографии, даже не 80- х гг., а 60-х – 70-х гг. ХХ в. Проигнорирована книга С.Г. Лукиной о аварах и другие важные 

1 В старом переводе В.С. Мирзаянова имя автора неточно передано как Маенхен-Гельфен, так что в дальнейшем будут встречаться разночтения. – Ред. 

Valla. №3(3), 2017. 103 

работы [Лукина 2008; Маенхен-Гельфен 2010 (1969); Джафаров 1993; Кляшторный, Султанов 2004: 145-153; Рашев 2006]. 

В целом книга «Великое переселение народов: Этнополитические и социальные аспекты» оставляет хорошее впечатление благодаря качественно подготовленным очеркам В.П. Будановой и А.А. Горского. Буданова рассматривает особенности взаимоотношений отдельных племен с Римом и между собой, ход этнических и социальных процессов у германцев и влияние римлян на германцев. История германцев разделена на ряд важных этапов, каждый из которых имел свои особенности. Горским проведена хорошая аналитическая работа в том, что касается процессов политогенеза у славян и их этнонимии. Исследователь отошел от устаревших схем и вообще мыслит довольно оригинально. 

Несколько смазывает это хорошее впечатление глава И.Е. Ермоловой о кочевниках. Если этнические аспекты рассмотрены первыми двумя исследователями обстоятельно, то в о последних очерках Ермоловой этого сказать нельзя. Неучтенными остаются и многие наработки коллег по цеху. Очерки данного автора о кочевниках выглядят атавизмом советского времени на фоне современного развития тюркологической науки.

Пилипчук Я.В. Отдел Евразийской степи, Институт востоковедения им. А.Е. Крымского, г. Киев, Украина pylypchuk.yaroslav@gmail.com 

Литература 

Джафаров 1993 – Джафаров Ю. Гунны и Азербайджан. – Баку: Азернешр, 1993. [HTML: http://www.ebooks.az/book_kGcYoglm.html?lang=ru] – Доступ на 30.04.2017. 
Кляшторный, Султанов 2004 – Кляшторный С.Г., Султанов Т.И. Государства и народы евразийских степей. Древность и средневековье. – СПб.: Петербургское востоковедение, 2004. 
Маенхен-Гельфен 2010 (1969) – Маенхен-Гельфен Отто Дж. Мир гуннов. Исследования истории и культуры / Пер. с англ. В.С. Мирзаянова. – Казань: Слово, 2010. (англ. изд. 1969) 2 
Мюссе 2006 – Мюссе Л. Варварские нашествия на Европу: германский натиск. – СПб.: Евразия, 2006. 
Лукина 2009 – Лукина С.Г. Авары. Путь в Европу. – Ижевск: Удмуртский ун-т, 2009. 
Рашев 2006 – Рашев Р. Великая Болгария // История татар. – Т. 2: Волжская Булгария и Великая Степь. – Казань: РухИЛ, Ин-т истории им. Ш. Марджани Академии наук Республики Татарстан, 2006. С. 36-47. 
Томпсон 2003 – Томпсон Э. Римляне и варвары. Падение Западной Римской империи. СПб.: Ювента, 2003. [HTML: http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/History/tomps/index.php] – Доступ на 30.04.2017. 

2 Более современный перевод см.: Менхен-Хельфен Отто Дж. История и культура гуннов / Пер. с англ. Л. Игоревского. – М.: Центрполиграф, 2014. – Ред.